Жалок тот мастер, произведение которого опережает его суждение; тот мастер продвигается к совершенству искусства, произведения которого превзойдены суждением.
Всякий большой художник увлекает нас, зажигает нас, и все, что есть в нас даровитого, оживает и так как мы имеем представление о великом и некоторую склонность к нему, то мы чрезвычайно легко начинаем воображать, что и в нас имеется зародыш его.
Сказал художник: "Я влияньям не подвержен! Нет в мире мастеров, к которым я привержен, И я ни у кого не проходил ученья, И я не признаю ни одного теченья!"
Ах, вот как! Что ж, побьемся об заклад: Он попросту дурак на свой особый лад.
Подлинный художник лишен тщеславия, он слишком хорошо понимает, что искусство безгранично. Он смутно ощущает расстояние, отделяющее его от цели; и, быть может, в ту пору, когда люди восхищаются им, он страдает из-за того, что еще не достиг вершины, откуда излучает сияние величайший гений, подобно далекому солнцу.